Калининградская архитектура

 

К вопросу об архитектурной методологии К.
 
Приведенная выше историческая формула Города К по всей видимости не должна иметь статический, законченный вид, так как это не соответствует логике эволюционного исторического процесса развития. Поэтому в продолжении ее необходимо поставить → и далее…? – вопрос ставится только культурологический.
 
Международный Конгресс Архитекторов, состоявшийся в Барселоне (1995 г.) проходил под знаковым (символичным) проблемным девизом:
 
ПРОШЛОЕ, НАСТОЯЩЕЕ И БУДУЩИЕ.
 
Что самое интересное, в переводах этого лозунга постоянно делались ошибки – переводили в основном как - БУДУЩЕЕ. А ведь действительно, если прошлое, было – одно, настоящее, тоже – одно, то будущих может быть – множество. Все зависит от нас.
Так какое же наше единственное будущее из этих многих возможных потенциальных будущих? Вопрос отнюдь не риторический.  
 По всей видимости существует три основных и возможных протоконцептуальных пути развития К.
1. Мы продолжаем «строить» Калининград – этот искусственный, совершенно абстрактный, никак не связанный с местной, региональной спецификой город, в «лучших» традициях «ура-патриотизма», некий во всех смыслах агрессивный, советский, а теперь уже русский форпост на Балтике. В данном случае, внешние и внутренние условия вполне можно заранее спрогнозировать – все интеграционные пути для нас закрыты, а постоянная сложность и напряженность такого положения будет забирать большую часть внутренних ресурсов – тупик.
2. Мы вдруг занимаемся возрождением Кенигсберга. Невероятно проблематично, архаично… и отдает неким детским максимализмом. В этом случае… помечтать конечно можем, но серьезно этот путь нет смысла даже рассматривать.
3. Мы фиксируем культурологическую уникальность Города в ряду многих исторических городов России и Европы, и объявляем (провозглашаем) о гармонической преемственности городов Кенигсберг-Калининград и профессионально действуем в выбранном направлении. В каком виде это будет сделано покажут уже профессиональные концепции и (профессиональные) технологии развития, которые в этом случае уже несомненно будут опираться на историко-культурную составляющую Города и региона. И по всей видимости у этого третьего пути есть - БУДУЩЕЕ.
 
Конечно же теоретически можно отказаться и от Кенигсберга и от Калининграда и «нацелиться» на какой-то еще вообще совершенно д р у г о й Город. Но нужно признаться, что это все таки находится вне рамок серьезных реалий.
Вот пример одного из возможных типологических видов преемственности:
 
СТОЛИЦА ПРОВИНЦИИ.
 
Кенигсберг    – столица восточных провинций.
Калининград – столица западных провинций.
 
Что это значит?
 
Осознание понятия «столичности» – это соответственно качественно более высокий уровень региональной профессиональной деятельности как результат. Вот только некоторые п р и з н а к и «столичности» архитектурно-градостроительной деятельности:
 
1.      Системность, комплексность, методологичность всей профессиональной сферы.
2.      Развитость научно-исследовательского сектора архитектурно-градостроительной деятельности.
3.      Ансамблевость – как архитектурно-градостроительная политика вообще.
4.      Опора в развитии именно на стилевую архитектуру.
5.      Существование самодостаточной региональной профессиональной ШКОЛЫ.
 
Что нас ждет?
Три стадии процесса развития градостроительства К.
 
1.      Реформирование и дальнейшее развитие Российского градостроительного дела (уже началось).
2.      Адаптация градостроительства Калининграда к Европейским градостроительным системам.
3.      Интеграция регионального градостроительства с общим градостроительным пространством Евросоюза.
 
Фиксация трех стадий развития Города поможет осознать технологическую цепочку будущих профессиональных действий.
 
Градостроительство в России требует реформ – такова исходная посылка специального исследования, проведенного в 1994 г. в рамках научной программы PAACH (Исследование и разработка основ градостроительного дела в России, в новых экономических условиях. Методологические основы. М. 1994 г.). Еще до начала социальных и экономических преобразований 90-х г.г., будучи частью мощной системы централизованного планирования, градостроительство в России подошло к состоянию многомерного структурного кризиса. Рыночные преобразования начала 90-х г.г. стали тем мощным внешним фактором перемен, который изменил самую основу градоформирования и управления градостроительными процессами.
И з м е н е н и я - ресурсная база градостроительства, отношения собственности, выход из вертикали государственной власти в состояние самоуправления, новые экономические, производственные и социальные отношения.
Градостроительное дело состоит из ч е т ы р е х основных блоков-частей связанных системно и структурно друг с другом:
 
- законодательно-правовой
- научно-теоретический
- планово-проектный
- инвестиционно-строительный
 
Все эти блоки взаимосвязаны между собой механизмом управления.
В блоке теории градостроительства и ее прикладных разделов утверждается новая научная концепция расселения и градостроительства, означающая переход от автономного поселения к системам населенных мест, от доктрины ограничения роста крупного города к развитию агломераций, от распада к интеграции структуры города и ее компонентов, от унификации к многообразию городской среды.
Развитие и совершенствование градостроительного дела, выработка и принятие правильных архитектурно-градостроительных решений невозможно без знания характера и направленности всех внешних и внутренних факторов – всех процессов, идущих в той или иной градостроительной системе, выявлении, изучении и систематизации их важнейших закономерностей и тенденций.
Представляется более чем странным, опасным и совершенно недопустимым – полное отсутствие у нас проблемно-аналитических и научно-теоретических основ региональной архитектурно-градостроительной деятельности, и это в таком сложном и неоднозначном Городе, где нет ничего естественно-эволюционного, т.е. «само собой разумеющегося» – просто удивительный парадокс.
Вот и становится теперь понятна одна из основных причин всех наших архитектурно-градостроительных неудач – в Городе отсутствует один из составных профессиональных, системных блоков градостроительного дела, и как результат – нет полной структурной и системной основы (фундамента) всей созидательной региональной художественно-строительной сферы.
Таким образом, становление и развитие научно-теоретической базы регионального градостроительства – создание НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ СТРУКТУРЫ, в качестве недостающего аналитического и профессионально-технологического звена остается актуальной задачей и приоритетным направлением в современном процессе формирования градостроительной политики Города.
Полномасштабное участие архитектурно-градостроительной науки в исследованиях, планировании, программировании, экспериментальном проектировании несомненно оградит от дальнейших возможных ошибок и будет способствовать более полному решению основных современных проблем городского развития.
 
Предстоящее реформирование градостроительного дела требует инновационных решений и выводит на понятие – URBAN HUSBANDRY (аналогом в русском языке может стать слово – г р а д о в о д с т в о). Этот термин сейчас все чаще звучит в европейской практике, как прогрессивный вид профессиональной градостроительной деятельности для архитекторов и градостроителей и становится уже важным идентификационным видом профессиональной инновационной деятельности в сфере управления градостроительными процессами. Механизм управления в градостроительном деле, как показывают исследования – самая потенциально многовариантная часть необходимых комплексных преобразований. Мировая практика демонстрирует здесь необычайно широкий спектр организационно-структурных построений. А самая главная проблема здесь, это – инерционность всей существующей градостроительной системы.
 
Геополитическая сложность, нестандартность культурологической ситуации, неопределенность региональных ценностных ориентиров, дуалистичность и антиномичность Города, и как территориально – временнóй организации, и как пространственно-территориального образования – нахождение Города в среде общеевропейского пространства – такая серьезная тематическая проблемная емкость требует всесторонней аналитической оценки, а нестандартность и уникальность положения требует нестандартного решения по выходу из этой проблемной ситуации.
Но ведь вот эта, например, вся нестандартная особенность при системной аналитической работе может стать главной и определяющей при формировании градостроительной политики. Ведь эта вся «нестандартность» может оказаться в итоге       ф о р м и р у ю щ е й    ц е н н о с т ь ю и на выходе дать уникальное нестандартное новое – привести к нестандартным решениям, т.е., например, к «архитектурному открытию». Ведь нестандартность и уникальность вообще какого-либо положения, это всегда «благодатная почва» для какого-либо открытия.
                                                                                                                                                                Олег ВАСЮТИН
 
 

© КОСАР

Rambler's Top100