Калининградская архитектура

 

Виртуальный город
 
Кенигсберг виртуален, но разве виртуальность не занимает в нашей сегодняшней жизни все больше места? С нарастанием качества современных технологий и стремительном расширении емкости этого мира реальность виртуальности все больше и больше растет.
Существуют две основные, фундаментальные виртуальные культуры в Городе – основа и ориентировка в творчестве К. Что для нас ближе и важнее – виртуальность Кенигсберга или древнерусская виртуальность?
Для виртуальной культуры К характерен все-таки больший масштаб региональной виртуальности, к тому же территориально более приближенный, а потому более осязаемый, к тому же имеющий, что немало / важно – материальную основу, эффекта присутствия. В Городе существует только суррогат древнерусской культуры и необходима очень серьезная ее виртуальная масса, чтобы конкурировать с виртуальным качеством памятников Кенигсберга. С виртуальностью Кенигсберга мы имеет дело постоянно, с русской (материковой) только эпизодически, поэтому она как бы вторична, а соседняя, внешняя среда (Польша + Литва) к тому же еще дополняет виртуальной типологии в общую виртуальную массу Кенигсберга.
Теоретически, нарастание виртуальной массы Кенигсберга вполне может привести к переходу в реальную массу – к перевоплощению, т.е. достижению на основе виртуальной информативной базы некой критической виртуальной массы, после которой начинается «переход» и создание реального качества. Ведь что может, например, произойти с разрушенным Замком, если, о нем, в усиленном режиме постоянно и настойчиво говорить, вспоминать, писать – какая-нибудь неуравновешенная душа не выдержит и действительно начнет строить (реальные планы). Потому как есть основа, есть виртуальное существование, есть оценка и есть   ж е л а н и е   «видеть». Смелости добавит еще и то, что это уже б ы л о, т.е. уже опробовано, а значит имеет вроде бы как первоочередное право на существование.
Примечательно полное отсутствие русских «матрешек» на прилавках магазинов. Даже никто и не пытается изучить спрос – попробовать, потому как затея явно глуповатая. Перевод древнерусской виртуальности в реальность, в К, всегда заканчивается китчем – примеры уже есть. Материализованная древнерусская виртуальность без своих корней выглядит более чем комично и безусловно это вообще не тема для профессионально озабоченной культуры. Качественное осваивание древнерусской виртуальности может произойти только при одном условии – когда появятся «сказания» и «легенды», а скорей всего хохмы, например, про «Иванушку в тридевятом царстве…» (читай в Кенигсберге и Пруссии) – должны появиться некие культурологические, синтезирующие и интеграционные технологии, которые и позволяет совместить две виртуальные этнические культуры К, вопрос далеко не праздный, если мы действительно желаем мира и согласия двум городам.
У официальных властных структур наблюдаются очень интересные взаимоотношения с виртуальностью К – это выражается в подглядывании и заглядывании в нее – им интересно, но они как правило совсем не знают, что с этим делать (вспомним «свое-чужое», первый этап).
Молодежная среда «Кенига» – вот это уже интересно. Это насколько Город должен быть родным и близким, что бы у него появилось сокращенное название с оттенком какой-то ласки, доброй снисходительности. А много ли вообще городов могут похвастаться, что у них есть клички.
Будучи в Сибири наткнулся на феномен очень устойчивого восприятия нашего города «издалека». Основная масса знаний о нем, как выяснилось – исторична, мифологизирована и виртуальна, а Калининград без Кенигсберга оказался для них… просто неинтересным.
Существование виртуальности К наблюдается и у немецкой стороны. Технологически это выражается в ностальгическом туризме, после которого обнаруживается несоответствие виртуального и настоящего (читай, существующего – получившегося). В результате, ностальгируемый уезжает полностью разочарованный и единственное спасение для него – это опять взять в руки книгу о Кенигсберге и предаться милым ему сердцу воспоминаниям, т.е. опять уйти в виртуальный мир.
Во всю силу задействован ресурс «черного» К – разные загадки без разгадок, псевдоисторические небылицы черной магии («13»), так скажем – «ужасы нашего городка». А где же белая магия, где светлая аура К, почему она не используется?
 
Энергетическая сила К – колоссальна. Можно говорить о неком энергетическом запасе Кенигсберга – энергетическом запасе прочности, несмотря на происшедшие разрушения и последующие, дальнейшие запреты на «память места». Это выражается, в большей степени, уже в устойчивом подсознании о с о б о с т и места, осознании этого феномена, как знака (ключа) – своего рода культурологического кода в культурных процессах и как результат, например, интенсивным культивированием темы «Кенига» в молодежной среде. Молодежная культура, как правило всегда более честная, открытая и отзывчивая показывает нам, каких мы ждем сокровенных эмоциональных ожиданий от Города – каких эстетических переживаний мы хотим?
Как же все-таки быть с Виртуальным Городом, ведь он существует. Более того происходит постоянное его культивирование – книги, карты, сувениры, открытки, выставки, лекции, статьи, фильмы, архивы, воспоминания…, все это на глазах и на слуху, и что делать со всем этим, если оно не забывается?
 
МАССЫ исторического города уже нет. Но есть Виртуальный Город с более чем семивековой историей, мощными культурологическими слоями и сильнейшей энергетикой.
Итак: возможна (вполне) работа с Виртуальным Городом!!! С его а у р о й, которая в свою очередь и создаст прецедент возможного п а р а ф р а з а исторического Города К.
                                                                                                                                                              Олег ВАСЮТИН
 
 

© КОСАР

Rambler's Top100